Опубликовано: 06 июль 2018 г.

Это просто Крым-2

Это просто Крым-2

Если кто-то думает, что сейчас на Манежной, Никольской и Красной площади рождается политическая нация, то все ровно наоборот. Это Крым-2, "на Берлин", "можем повторить" и прочие формы вставания с колен и изживания посттравматического ресентимента -- акты деполитизации и демобилизации, истерическая накачка, которая работает только до тех пор, пока в этот кричащий рот бросаются все новые и новые победы. А все эти победы, от Крыма до Трампа, от Саудовской Аравии до Испании -- берутся в кредит

***



И еще раз о футбольном победобесии. Устраивать истерику после победы или поражения сборной -- это нормально, видел я и пострашнее толпы болельщиков в Милане и Мюнхене. Этому не стоит ни радоваться, ни ужасаться, коллективный психоз хорошо изучен, продолжается, подобно алкогольной интоксикации, часов 8-10, и под утро затихает, оставив разбитые плафоны в метро, витрины магазинов, реже -- перевернутые автомобили. Но что, мне кажется, ненормально -- это вывешивать морализаторские посты в соцсетях "в этот вечер я был со своим народом", что лишь доказывает, что никакого народа у нас на самом деле нет, а есть лишь мгновенно возникающая и распадающаяся толпа как эмерджентное состояние массы и отдельно -- страдающий, рефлексирующий, стремящийся к "народу" субъект: "я тоже человек эпохи Москвошвея"". И сам факт сетевых войн по поводу футбольной победы и народных гуляний -- свидетельство еще большего раскола.



А победе сборной я рад, соперники заслужили бы ее еще меньше: Россия играла, как умела, а испанцы предали свою игру. С любопытством гляжу на дальнейшее развитие событий и теперь не исключаю даже и полу- и просто финала, а то и сказать страшно -- но главное, все это не будет иметь ровным счетом никакого значения, 15 июля в 12 ночи карета превратится в тыкву (или в автозак), и мы проснемся точно в той же самой стране: с Сенцовым, Дмитриевым, Донбассом, Сирией, с силовиками и пытками, с пенсионным возрастом и автобаном в Грозный. И с расколотой, растерянной, несостоявшейся пока нацией, которая определяется вовсе не флажками на щеке и не селфи на Никольской.

***



В России как в трансформаторной будке: интересно, но немного нервно. А ведь казалось бы. "Историческая" (ок, допустим, закроем глаза на игру и посмотрим на результат) победа над Испанией. Народные гуляния второй день, момент патриотического экстаза. Живи и радуйся. Но празднующие, особенно те, кто наделен способностью к рефлексии, вдруг начинают свою радость онтологизировать, делать из нее моральную, гражданскую и политическую позицию, нащупывают под своими ногами кровь и почву, обретают в криках Ра-Си-Я свою утерянную родину. И что самое интересное -- обрушивают свой праведный гнев на тех, кто посмел в эту ночь не радоваться.



Так что тут, на исходе дня, в начале которого я писал, что это не политическая манифестация, а чистый карнавал, ограниченный временными рамками и ритуальными жестами, -- по итогам дня я скорее готов согласиться с Александр Морозов, который пишет, что это именно акт оформления посткрымской "политической нации", ссылаясь на итальянского философа и видного теоретика фашизма Джованни Джентиле, "машина радости", которая исторгает из себя чистую экзальтацию, но также исторгает из себя "других", отщепенцев. Это политика в самом базовом, шмиттовском, смысле, которая определяет себя через фигуру врага -- и сегодня в России враг найден и назван: это те, кто не радуется победе.



И не случайно здесь возникают имена Джентиле и Шмитта: они присутствовали при рождении наций как органических, экстатических, оргиастических коллективов, из радости и культа победы. Это не этнические, не гражданские, а именно политические нации -- карнавал здесь парадоксальным образом ведет к политизации (Эйзенштейн это хорошо чувствовал во второй серии "Ивана Грозного").



Прошедшие сутки стали самыми "разделяющими" в моей ленте за все годы, даже Крым не вызывал таких расколов -- коллеги, френды, уважаемые мной лидеры мнений порицали меня за отсутствие радости и скептический взгляд на народные гуляния, за снобизм и нелюбовь к народу (о, эта "любовь к народу" как внеположному субъекту, частью которого они, видимо, себя не считают!), за интеллигентский страх открыться стихии народной свободы. И это лишь самые вежливые комментарии, я опущу тот поток хейта, который получал в личные сообщения, и те оскорбительные комментарии, которые незамедлительно удалял вместе с их авторами. И это притом, что я неоднократно писал, что рад победе, рад за радующихся, желаю сборной успеха, но просто не хочу участвовать в фестивале уличного патриотизма. Много я узнал за этот день даже о близких знакомых. (А они обо мне, думаю, ничего нового не узнали))



Так что да, чемпионат стал важной вехой в оформлении посткрымской нации, вовлекая многих критически настроенных и неопределившихся, легитимизируя режим и шире -- Россию в глазах внешнего мира, избавляя Россию от образа токсичной державы, логически завершая период "нормализации" Крыма и позднего путинизма. Людям, празднующим на Никольской, совершенно неважно об этом знать, они просто радуются, но у этой радости есть и другие, политические и философские, измерения, и я не могу о них не думать.



И ведь это только 1/8 финала. Что же будет, если Россия дойдет до финала. Пойдут по квартирам казаки и дружинники, выявляя и зачищая тех, у кого не включен телевизор, не нарисован на щеке триколор, и лента не полна комментариев матча с капслоком и эмодзи. Не помню, кто, кажется, Барт, писал, что фашизм не в том, чтобы запрещать говорить, а в том, чтобы заставлять говорить. Не принуждение к молчанию, а принуждение к радости.

Автор публикации: admin
Просмотров: 320
Комментарии Ответить через Вконтакте Ответить через Facebook

Добавить комментарий!

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код:
код вконтакте
код фейсбук
по просмотрам по комментариям